18+

Санта-клаус родился в чуме

24 Декабря 2010 9:31 - автор Виктор Чигинцев Источник фото: из архива Николая Бухонина
Веками жил в таежной местности северо-западной Сибири древний народ ненцы. Что мы, уральские соседи, знаем о нем? Наверное, немного. А копейчанин Николай Бухонин знает о ненцах если не все, то практически все - он долгое время жил в тех северных краях. Николай поделился воспоминаниями с читателями "Копейского рабочего"
Санта-клаус родился в чуме

«Земля моя Пуровская,
Ты больше не шаманская,
И даже мерзлота твоя
Не вечная, не вечная.
Ты недра не хранишь, тая,
Ты – гордость, но не для меня.
Ты – боль моя, душа моя!
Как мне помочь, спасти тебя?»

В этих стихотворных строчках из книги «Лесные ненцы. Сказания земли Пуровской» известного краеведа, хранителя старины Ямало-Ненецкого автономного округа Полины Турутиной – боль о родной земле, попавшей в «капкан» глобализации.

Веками жил в таежной местности северо-западной Сибири древний народ ненцы. Автор книги – коренная ненка из рода Айваседо, попыталась сохранить в своей книге сказки, легенды, предания, шаманские песни, обычаи и традиции своего народа. Столица округа – город Салехард. И вся-то ненецкая земля лежит в пределах Уральского федерального округа. Но много ли мы знаем о жизни наших соседей, открытом, честном и гостеприимном народе – ненцах?

Копейчанин, бывший пожарный, а ныне инструктор регионального учебного центра «Рысь» при УВД Челябинской области и атаман казачьего общества «Возрождение» Копейского городского округа Николай Бухонин несколько лет жил и охотился в этом таежном краю, тесно общался с ненцами, хорошо знал ветерана Ямала, почетного гражданина Пуровского района Тюменской области Полину Гилевну Турутину, оставившую в подаренной книге памятную надпись: «Надежному другу, охотнику-следопыту Бухонину Николаю Михайловичу от автора книги «Лесные ненцы».

Сын занимает «позицию»

Николай рано взял в руки ружье. Отец, Михаил Григорьевич, вернувшись с фронта, был страстным охотником, членом правления копейского общества охотников и рыболовов, а по совместительству – охотинспектором, грозой браконьеров. Часто, оседлав велосипеды, отец с сыном уезжали в рейд. Спешиваясь на привал, осматривали Курладинскую падь, находили «цель» и снова вскакивали в седла. Когда до незнакомцев оставалось 25-30 метров, юный помощник отца останавливал велосипед, падал в траву и занимал удобную «позицию», уложив ствол ружья марки «Белка» на раму велосипеда. Отец же шел на сближение с незнакомцами. Детским умом Николай понимал, что негоже, дождавшись отца с войны, потерять его дома, в стычке с браконьерами. Да и мать строго наказывала беречь друг друга. А вчерашний дивизионный разведчик, проверяя документы охотников или, при их отсутствии, заполняя очередной протокол на нарушителей, с улыбкой на лице охлаждал порой хмельную крутизну охотников: «Не вздумайте баловать, ребята!» И показывал за плечо, где занял «позицию» сын-малолеток, редко делавший промахи по птице или зверю.

Здравствуй, земля таежная

После службы в армии Николай поехал в гости к сестре и брату, жившим в ханты-мансийском поселке Тарко-Сале. Сестра Татьяна работала вторым секретарем в окружкоме ВЛКСМ, брат Виктор – на нефтепромысле. Была возможность найти денежную работу, но на удивление родным Николай изъявил желание попробовать себя в промысловой охоте. В местном управлении Главохоты оформил контракт, получил план-задание на промысел пушного зверя, рыбы, заготовку мяса. И уже через несколько дней, получив весь полагающийся для таежного промысла реквизит, поднимался на катере вверх по Иртышу южнее Ханты-Мансийска. Опытный охотовед Иван Гриневич увез Николая за сто верст по реке в обезлюдевшее село Сотник. Здесь стояли добротные дома из срубов кедра и сосны, повсюду встречался брошенный за ненадобностью или невозможностью взять с собой домашний скарб – чугунные котелки, ухваты, самовары, пороховицы, сундуки с портретами царей-самодержцев.

Отсюда, из Сотника, предстояло освоить охотничье-промысловый маршрут с таежными избушками, путиками общей протяженностью более ста километров. Началась таежная жизнь, о чем мечтал в юношеские годы, к чему призывно звала душа. С августа по ноябрь заготавливал ондатру, а замороженные тушки зверьков укладывал в штабельки для путиков на приманки соболей, куниц, выдр, росомах, лисиц, песцов, колонков и прочей пушной живности. Однажды в помощь Николаю придали студента-практиканта Иркутского охотоведческого техникума Виктора Кокорина. По примеру нового друга поступил на заочное отделение техникума и Николай.

Друзья мои, ненцы

В техникуме Виктор полюбил красивую ненку по имени Люся, дочку Питы Итулявича Айваседо из рода Нойсама. Свадьбу играли в селении Савэй, расположенном в двухстах километрах от райцентра Тарко-Сале.

— Общаясь с таежными людьми национальностей ненцы, коми, ханты, манси, — рассказывает Николай Бухонин, — воочию убедился в их порядочности, душевной чистоте, высокой нравственности. Казалось, мои новые друзья не способны на ложь, обман, предательство. И я понял, что суровый север, тайга без края не приемлют человеческие пороки, изгоняют из сердца злых духов, делают людей самобытными и кристально-чистыми, как таежный ручей. Это как первозданная природа, образец непорочной экологии.

Большая родня Виктора и Люси была гостеприимной. В чей бы дом или чум ни пожаловали, всюду обильное угощение – с пылу-жару оленина, лосятина, пельмени, тающая во рту стерлядь, нельма, муксун, осетр, разная стряпня, чай с брусникой, клюквой, прочей лесной ягодой. Только привычные нам соленья – из магазина, а молоко только порошковое или сгущенное. Автор книги о лесных ненцах Полина Турутина оказалась родственницей Люси, а родня у ненцев, даже самая далекая, — святое дело. Полина Гилевна просила Николая чаще приезжать в гости, приходить в музей в Тарко-Сале, которым она заведовала и где вела научно-исследовательскую работу.

Встреча с Топтыгиным

Закончив зимнюю работу, собрав богатый таежный «урожай», Николай собирался на учебную сессию в Иркутск. Однажды поутру вышел из избушки налегке, с «мелкашкой» на плече, чтобы добыть дичь для котелка. С ним увязались лайка с рослым щенком. Вдруг таежную тишину нарушил отчаянный визг: щенок со всех ног бежал к хозяину, а за ним – медведь. Поднявшись из берлоги и проголодавшись, захотелось матерому зверю отведать свежатинки. В магазине винтовки было десять патронов. Десятью мелкими пулями охотник сумел осадить зверя, но раненый медведь успел-таки подрать охотника. Спасибо лайке, она сковала прыть топтыгина, а дело завершил охотничий нож. Итог схватки – сломанная ключица Николая, двойной перелом левой руки и рваная рана на голове. У реки окровавленного таежника подобрал спускающийся вниз по течению транспорт, заметив взмывшую в воздух сигнальную красную ракету. Два месяца в гипсе, швы на голове выбили из седла. Уехать в Иркутск на сессию так и не смог. Не удалось получить диплом профессионального охотоведа и другу Виктору Кокорину. Он погиб в водах бурной весенней реки, когда его катер столкнулся с коварным топляком. Вместе с Виктором, отцом троих детей, погибли члены съемочной группы Новосибирского академгородка.

Новогоднее чудо

Новый год всегда наполнен ожиданием чуда. Николай Бухонин, решив встретить праздник в кругу родных, вышел из тайги в канун 1976 года. И стал не только свидетелем, но и участником чуда. Секретарь окружкома комсомола сестра Татьяна сообщила приятную, но непривычную для сибирских снегов новость: в скованный морозом поселок Халесовэй пожаловали друзья из солнечной Кубы. И какой Новый год без свежей оленины и рыбы? До ближайшего стойбища оленных ненцев – четыре десятка километров. Вместе с Николаем снегоход оседлала облаченная в костюм Санта-Клауса поверх малицы член ЦК комсомола Кубы смуглянка Бэлла. Девушка сносно говорила по-русски. Гостей привезли в стойбище в праздник, когда в самый его разгар услышали в соседнем чуме крик роженицы. Именно сейчас, в канун новогодней ночи, молодой ненке приспичило рожать. Сориентировавшись в обстановке, Николай с ужасом осознал, что местная знахарка-акушерка пьяна в стельку. Как и чем помочь рожающей женщине? Спасибо кубинке Бэлле. Взяв в ассистенты серьезного, малоразговорчивого Николая, она мужественно приняла роды, сама обрезала пуповину, обмыла и запеленала появившегося на свет ребенка. Человек родился. Мальчик-ненец. Будущий охотник, оленевод! А может быть ученый, писатель? По предложению Бэллы новорожденный получил имя… Санта-Клауса.

Очень хочется Николаю Михайловичу Бухонину встретиться с кубинской смуглянкой Бэллой, ненцем Санта Клаусом, старыми друзьями из стойбищ оленных ненцев, подышать запахом тайги. Накануне Нового, 2011 года мы желаем Николаю, чтобы его мечта осуществилась.
Поделиться

Комментарии

Оставить комментарий
CAPTCHA
  • Воплощаем ваши детские мечты. Обучение элементам хоккея
  • Челябинцы встретили Алексея Навального криками "националист"!
  • Еще одно ДТП с участием скорой
  • Главред «КР» вручила губернатору фото Уилла Смита
Материалы рубрики

Новости