18+

Невыдуманная история о том, как жилось сиротам в военное время

17 Августа 2015 12:09 - автор Светлана Полежаева
Нина Чижевская, Наташа Грачева, Аня Лощинина, Зина Найденова и Юля Прохорова познали сиротскую долю по разным причинам: у кого-то из них родители погибли от голода или болезни, у кого-то сталинские репрессии отняли семью. Намыкавшись по приемникам-распределителям или  дальним родственникам — тем, что зовутся седьмой водой на киселе, очутились они в детдоме...
Невыдуманная история о том, как жилось сиротам в военное время
Наташа Грачева, Юля Прохорова, Аня Лощинина, Зина Найденова, Нина Чижевская

Неудержимое, все ускоряющееся время стирает из памяти людской многие подробности былых событий. Кто сегодня вспомнит, что в трудные военные времена копейский завод №114 (ныне завод «Пластмасс») принял на работу воспитанниц эвакуированного детдома из города Алексина Тульской области? Эти пять девочек, попавшие на предприятие волею судьбы, навсегда связали свою жизнь с Копейском. 

Детдомовские радости

Нина Чижевская, Наташа Грачева, Аня Лощинина, Зина Найденова и Юля Прохорова познали сиротскую долю по разным причинам: у кого-то из них родители погибли от голода или болезни, у кого-то сталинские репрессии отняли семью. Намыкавшись по приемникам-распределителям или  дальним родственникам — тем, что зовутся седьмой водой на киселе, очутились они в детдоме № 2 города Алексина. Каких-либо официальных документов, повествующих о жизни его воспитанников, увы, не сохранилось — все стерла война. Но, судя по их воспоминаниям, в казенном учреждении к детям было вовсе не казенное отношение: педагоги старались дать им недостающее душевное тепло, одарить их заботой и лаской.

В семейном архиве Нины Чижевской хранится переписка с воспитателем детдома Сергеем Алексеевичем Новиковым, датированная 1974-1976 годами. Спустя тридцать с лишним лет, с прошедшей с их последней встречи, он беспокоился о своих «девочках», вспоминал, как выезжал с детдомовцами на Оку и водил их в походы в лес, как участвовали они в военно-спортивных играх  и футбольном матче с испанскими детьми, приплывшими на лодках из Калуги, как ходили на концерт в летнем парке Алексин-бора. А еще в 1940 году ездили в Москву на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку в компании с поросенком, откормленным до рекордного веса, и сами делали мороженое, обкладывая кадушку льдом. На оборотной стороне фотографий, которые в ту пору воспитанницы дарили друг другу на добрую память, сохранились трогательные надписи, повествующие об их «золотом детстве». 

Трудовые будни

В одночасье незатейливое ребячье счастье оборвалось. В первые военные дни любимый воспитатель ушел на фронт. До самой Победы в кармане его гимнастерки была фотография ребят — ударников учебы за 1940-1941 год: в перерывах между боями он мысленно разговаривал с ними, переживал за тех, кто, прибавив годы в комсомольском билете, тоже записался добровольцем. В 1944 году фотокарточка была «ранена» вместе с Сергеем Алексеевичем.

А пятеро подруг пошли ковать победу в тылу — их в числе 24 детдомовцев трудоустроили на открытый в Алексине в последний месяц мирной жизни химкомбинат №100. Совсем еще дети, окончившие 6-8 классов, они были заняты на основном производстве — трудились аппаратчицами, лаборантками, трафаретчиками, контролерами ОТК и даже водили электрокар.

Воспоминания Нины Чижевской бережно записала и провела по ним масштабную исследовательскую работу ее дочь Наталья Глотова — искала архивные свидетельства о жизни детдомовцев, переписывалась с тульскими краеведами. Ей удалось выяснить, что, хотя на производстве многие операции были механизированы, сиротам на первом в их жизни рабочем месте пришлось ох как несладко. В цехах стояла невыносимая жара и влажность – помещение постоянно поливалось водой, чтобы реактивы не взорвались, химические смеси, стекавшие по трубам в открытые емкости, наполняли воздух ядовитыми парами, а смена длилась по 10-12 часов.

Не успел комбинат выйти на полную мощность, как начались бомбежки — немецкие самолеты планомерно уничтожали немногочисленные крупные здания в малоэтажном деревянном Алексине. Досталось школам, административным зданиям, с воздуха был уничтожен детский дом № 1 — немцы риняли его за важный объект. Летчики люфтваффе бомбили и комбинат, но поначалу не слишком напористо – судя по всему, им не было известно, что там производят порох. Дисциплина на заводе  в ту пору была строжайшей: на проходной стояли сотрудники НКВД, даже свободное перемещение по территории предприятия запрещалось. Детдомовцы продолжали работать под бомбардировками и готовились к эвакуации — осенью 41-го Алексин от линии фронта отделяло расстояние в каких-то тридцать километров. 

На новом месте

«Кто не видел беды — приезжайте в Бреды» —старая поговорка о неустроенности уральского села в то время обрела новый смысл: на эвакуированных сюда воспитанников алексинского детского дома невозможно было смотреть без слез. Они походили на старичков – местные жители поражались небывалому количеству морщинок на детских лицах, возникших от постоянного недоедания и страха смерти. Прибыли детдомовцы на Урал, даже не имея сменного белья, многие были одеты не по погоде. Нескольких ребятишек, оставшихся без отца, без матери педагоги и вовсе подобрали по дороге на линии огня.

Нину, Наташу, Аню, Зину и Юлю сразу отправили работать — подростков трудоустраивали тут же, в детдоме, на должности официанток, буфетчиц, кладовщиц. Но и здесь не засиделись алексинские девочки: в декабре их ждал еще один переезд, на этот раз в Копейск — Брединский райком ВЛКСМ, выполняя директиву высшего руководства государства о трудовой мобилизации, направил комсомолок на завод № 114 как имеющих опыт работы на предприятии. А опыту того — от силы месяца три.

Невообразимо долго катил маленький автобус по заснеженным декабрьским дорогам Южного Урала. О чем думалось в те часы шестнадцатилетним девчонкам, о чем мечталось, да и мечталось ли? Затемно уже остановился он у невысокого строения. Подругам показалось, что это овощехранилище — точь-в-точь такое же имелось в милом их сердцам Алексине. А это оказался новый кров, общежитие-землянка в поселке Советов, тогда именовавшемся поселком СНЗ (сокращение от «строительство нового завода»).

Условия были поистине спартанские: более трехсот мобилизованных человек, среди которых преобладали девушки, расселили по двухэтажным нарам. Удобства на улице, печное отопление, хлеб по карточкам… 

Все для фронта

Завод № 114, который мы знаем как завод «Пластмасс», строился в то же время, что и алексинский химкомбинат. Датой его основания считается 15 мая 1939 года, но производственная деятельность началась лишь 12 февраля 1941 года, когда была изготовлена первая опытная партия снарядов.

По плану производства в 1941 году надлежало изготовить немалое количество оборонной продукции: 120 тысяч штук 230-миллиметровых снарядов, 1300 штук 500-килограммовых авиабомб. Но война внесла свои коррективы в номенклатуру и объемы выпускаемых изделий, потребовалась перестройка предприятия под условия военного времени. Уже в августе 1941-го на площадку недостроенного завода прибыли эшелоны с людьми и оборудованием с двух эвакуированных заводов: № 55 из города Павлодара и № 113 из поселка Сельцово Брянской области. Необходимо было срочно произвести монтаж и наладку техники, а потому трудились не покладая рук и женщины, и старики, и дети. В том числе и стараниями алексинских воспитанниц завод встал в строй.

На долгое время рабочим местом для пятерых подруг стал цех №4. Здесь, как и в Алексине, девушкам приходилось работать по 10-12 часов – домой, в землянку, они уходили только после выполнения сменного задания. А после смены шли загружать эшелоны с готовой продукцией, участвовали в воскресниках, сажали на территории завода деревца. Активно участвовали они и в соцсоревнованиях, боролись за учреждение звания «Фронтовая бригада», «Стахановец» — многочисленные грамоты и благодарственные письма тому подтверждение. С детских лет не умели лениться, не привыкли отставать… Еще девчата готовили себя к тому, чтобы в любую минуту отправиться на фронт — в свободное время, которого было не так уж много, ходили не на танцы — на стрельбище, где учились стрелять из винтовок, осваивали лыжи и медицинскую науку. Откуда только силы брались! 

Дружба до последнего дня

Время, беспощадное время забирает близких людей: Наталья Глотова пять лет назад схоронила свою маму, Нину Гелиодоровну Чижевскую, которой было тогда 85. Летом минувшего года не стало Юлии Петровны Прохоровой. Давно уже нет в живых Анны Михайловны Лощининой. Еще в молодости трагически погибла Зинаида Ивановна Найденова — после окончания войны она получила профессию геолога, одна из экспедиций стала фатальной. Наталья Георгиевна Грачева не перенесла операцию на сердце, когда ей не было еще сорока.

Осталась память — светлая память, которую бережно несут через года дети, внуки, правнуки. Они знают до мелочей весь трудовой путь, по которому прошли их мамы и бабушки. Нина Гелиодоровна Чижевская до выхода на пенсию проработала в службе технического контроля завода «Пластмасс» и до последних дней дружила с Юлией Петровной Прохоровой. По словам Натальи Анатольевны Глотовой, мама все вспоминала те деревца, что были посажены ими на заводских аллеях. Ждала, что на какой-нибудь из юбилеев предприятия пройдут они, давние подруги, по знакомым дорогам, обнимут вымахавшие ввысь деревья, помнящие натруженные руки алексинских девочек. Не сложилось, не срослось – а жаль…

Поделиться

Комментарии

Ваше имя:

  • Воплощаем ваши детские мечты. Обучение элементам хоккея
  • Челябинцы встретили Алексея Навального криками "националист"!
  • Еще одно ДТП с участием скорой
  • Главред «КР» вручила губернатору фото Уилла Смита
Материалы рубрики

Новости