18+

Тайны Белгорода разгадывал корреспондент «Копейского рабочего»

06 Ноября 2015 13:33 - автор Виктор Чигинцев
Округлый свод подвала напоминает купол церкви, только маленькой, не расписанной изображениями святых и ангелов. В войну в нем прятались от разрывов мин и снарядов жители хатки-мазанки под камышитовой крышей,  слепленной у подножия Белой горы. Во время одной из бомбежек саманный домик сгорел, люди оставили обжитое место, а подвал с пользой  вписался в послевоенную новостройку белгородского металлурга Анатолия Игнатьевича Беляева...
Тайны Белгорода разгадывал корреспондент «Копейского рабочего»

Округлый свод подвала напоминает купол церкви, только маленькой, не расписанной изображениями святых и ангелов. В войну в нем прятались от разрывов мин и снарядов жители хатки-мазанки под камышитовой крышей, слепленной у подножия Белой горы.

Во время одной из бомбежек саманный домик сгорел, люди оставили обжитое место, а подвал с пользой  вписался в послевоенную новостройку белгородского металлурга Анатолия Игнатьевича Беляева. На горелом месте он возвел добротный кирпичный дом с удобствами, в котором последние годы жизни проживал с дочерью Ириной и зятем Юрием. Здесь, у реки Северский Донец и Северского городища, вставшего крепостью от набегов крымских татар на меловой горе, в 1596 году по указу царя Федора Иоанновича был основан город Белгород. Имя  крепости-поселению дала Белая гора.

Память земли

За домом, вверх по склону, белгородский дядя жены разбил огород, еще выше сад, а на самой вершине, в непролазных зарослях кустарника, обитают  зайцы-русаки. В умеренно-континентальном климате  края цветут розы, вызревают виноград, арбузы, дыни. Мы не разочаровались, приехав на  поезде в это уютное, удобное для жизни подбрюшье старинного города, где живет сестра жены, детский врач Ирина  Беляева-Скрынникова с мужем-пенсионером, капитаном таможенной службы Юрием и сыном-студентом  Георгием. Пять минут от вокзала на автомобиле — и мы дома, в семейной обители родных людей.

Кто только не зарился на эту благодатную землю, помнящую сражения с хазарами, нагаями, татарами, литовцами, поляками, немцами. Благодаря  географическому положению, через Белгород пролегали основные пути из  столиц к южным городам  России. Здесь побывали императоры Екатерина II, Александр I, дважды — Николай II. В годы Великой Отечественной Белгород  вновь стал местом кровавых сражений. В октябре 1941-го советские войска вынуждены были  оставить обескровленный город. Окончательно Белгород был освобожден только в августе 1943-го, после Курской битвы. В тот же день был освобожден Орел, а Москва впервые салютовала войскам-освободителям. С тех пор за Белгородом и Орлом прочно закрепилось звание «Город первого салюта». 

Все судьбы в единую слиты

Летом 2013-го мы с женой совершили очередное путешествие в латвийский город Вентспилс, где живет ее родной брат. Летом 2014-го посетили  в Крыму город русских моряков Севастополь. Этим летом, в год 70-летия Победы, побывали в Белгороде, чтобы постоять на  третьем после Куликова и  Бородино ратном месте России — Прохоровом поле  и поклониться  братской могиле,  упокоившей прах дедушки жены  Игната Беляева, павшего здесь в числе  почти полумиллиона  советских воинов. Наши потери на ратном Прохоровом поле превысили население современного Белгорода.

Все поездки удобны тем, что встречаясь с родственниками и друзьями, покоряешь пространство и время. Воистину «широка страна моя родная…»  Всюду живут россияне.

После камчатской  «службы» Ирина с Юрием вернулись в родной город. Здесь живут и трудятся. Ирина лечит детей, Юрий занимается рыбной торговлей. Сын Георгий учится на повара-технолога в северной столице.  Брат Ирины Сергей работает водителем, транспортируя из карьеров на цементный завод мел и песок. Когда разработчики берут вскрышу, встречают артефакты войны:  осыпавшиеся, поросшие луговым разнотравьем окопы, блиндажи, капониры, останки воинов, их личные вещи. Не раз случалось, что нож бульдозера  вскрывал схроны с оружием и боеприпасами. В этих краях оружие вообще видишь часто: в историко-краеведческих музеях, залах воинской славы, на постаментах памятников. На мирных гектарах мемориальных комплексов, словно охраняя мир и покой, стоят «Катюши», танки «Т-34», самоходные артустановки, пушки, минометы. Водитель со стажем Сергей бесхитростно признавался: «Пока саперов вызовешь, да  начнут они землю прозванивать —  долгая канитель. Она здесь всюду звенит. А у нас сдельщина: тонно-километры, кубы, объемы. Случалось, что сами относили опасную находку в укромное место до прибытия спецов».

В молодые годы Сергей увлекался охотой. С друзьями исходил все городские окрестности: бродил по полям, спускался в овраги, поднимался на холмы. Разбитая техника войны, смертоносные боеприпасы еще долго засоряли охотничьи угодья, и не по этой ли причине здесь в обилии водились лоси, кабаны, косули, зайцы. Приходилось добывать зверя, чаще зайцев-русаков, вблизи бывшего камышитового завода, где теперь располагается улица Речная. В феврале 1942-го здесь, на заречной стороне, немцы досыта поглумились над жителями города, не успевшим эвакуироваться комсомольско-партийным активом, еврейскими семьями.  На это лобное место Ирина указала со спины автомобильного моста, стоящего метрах в двухстах от ее дома. Немцы расстреляли и заживо сожгли  здесь 1700 горожан. Вместе с мужем Юрием они познакомили нас с Дальним парком (теперь — парк Памяти). С октября по август 43-го фашисты казнили под сенью деревьев  парка 2,5 тысячи человек. За время оккупации  были замучены и уничтожены десятки тысяч белгородцев.

В здешних местах как-то не запомнились могилы-одиночки,  но  всюду обустроены братские захоронения с указанием сотен и тысяч фамилий воинов, полегших в этой земле. У Владимира Высоцкого есть строки: «Здесь раньше вставала земля на дыбы, а нынче гранитные плиты. Здесь нет ни одной персональной судьбы — все судьбы в единую слиты».      

И  все же «одна персональная судьба» волновала нас более других: речь о родном дедушке жены, красноармейце Игнате Ивановиче Беляеве, павшем в жестокой битве на Орловско-Курской дуге. Он был крестьянином: пахал землю, сеял пшеницу, растил детей. На фронт из семьи Игната ушли двое — он сам и старший сын Александр. Сыновья Алексей, Анатолий, Семен, дочери Мария и Валентина к тому времени до призывного возраста не доросли. Старшенький, Алеша, перед войной уехал учиться в украинскую Горловку, откуда вместе с заводом эвакуировался в Копейск. Младшие братья и сестры, пережидая лихолетье, мыкали  горе в оккупации.  Закончилась война, будущий белгородский металлург Анатолий ушел служить на Северный флот, а младшие подались на Урал, к старшему брату Алексею. В разграбленной, частью сожженной деревне, с могилкой мамы на погосте, остался только  сын-фронтовик Александр, пришедший домой с осколком вражеской мины под сердцем.  А сердце многодетной солдатки  Екатерины Егоровны остановилось едва ли не в  тот день и час, когда  на поле  боя, сраженный пулей, упал ее муж Игнат Иванович. Так случилось, что похоронка на ратника Игната Беляева пришла вслед за неожиданной смертью жены. Оказалось, погиб солдат в своей же вотчине, километрах в двухстах от родной деревни Редькино, рядом с Прохоровым полем. Только забыли сказать, в какой могиле и в каком местечке закопан. Кровавая битва окрест посеяла их во множестве. То, что происходило здесь в июле 1943-го, счастливцы,  вышедшие из битвы живыми, сравнивали с адом. Небо померкло от  тысяч самолетов, поле стало черным от танков. Грохот канонады, взрывы авиабомб сотрясали землю. Снаряды прошивали броню танков, взрывались находящиеся под броней боеприпасы. Горела техника, алым пламенем полыхала земля, превращаясь в обугленные комья. Бросая горящие машины, танкисты бились в рукопашную. 

«На братских могилах не ставят крестов»

В моей записной книжке остались записи-пометки о местах захоронений: «В парке села Гостищево — 154 человека. Здесь же, во второй могиле, 62 человека. Здесь же, в третьей братской могиле, 47 человек. Село Верхний Ольшанец, у здания школы, 134 человека. Село Дмитриевка, у клуба, 1026 человек. Село Беленихино, в братской могиле похоронено 1080 человек, имена 994 установлены». И так далее. Историки, архивисты, поисковики, последовательно проявляя черный негатив войны, заполняя белые пятна потерь, называют все новые и новые имена павших бойцов. Так, на мраморных плитах братской могилы деревни Бутово Яковлевского района Белгородской области по прошествии лет обозначилось имя Игната Ивановича Беляева, погибшего 29 июля 1943 года, в самый что ни есть зенит битвы. Эта братская могила  стоит у здания сельской школы. На камне выбиты 857 фамилий. В километре восточнее села Бутово еще одно братское захоронение. Здесь — 770 фамилий.

Мы долго стояли у братской могилы, увенчанной фигурами двух солдат. Семьи Ирины и Сергея приезжают сюда ежегодно, оставляя у подножия цветы. Дядя жены Анатолий Игнатьевич, глядя на каменных солдат,  говорил: «Тот, что справа, пожилой и с усами, — копия наш отец, вылитый батя!» Значит, и впрямь хороший памятник, если люди узнают в застывших на  постаменте солдатах своих отцов и дедов. Так сколько же их, у Руси, могил братских и безымянных?! У деда жены Игната — своя братская могила. У моего деда Ивана — тоже  братская,  находится в Карелии. Там, в боях за Кировскую железную дорогу, целый полк полег в окружении, и братских могил там многие десятки. Игнату Беляеву повезло: взамен себя, павшего на поле боя, солдат оставил двух дочерей, четырех сыновей. И  деду моему повезло. И он оставил след на земле  — двух  осиротевших сыновей. Родились на земле их внуки и правнуки. Но целые армии молодых  бойцов, «не долюбив, не докурив последней  папиросы», не оставили после себя никого. Ни детей, ни внуков, ни правнуков. На столетия вперед выжгла война  не успевшее отколосить и созреть золотым  зерном людское поле нового урожая. 

Враг без объявления войны вторгся в пределы нашей Родины 22 июня 1941 года, в день церковного праздника «Собора всех святых, в земле Российской просиявших». Здесь, на Прохоровом поле, фашистский зверь был изрядно побит и обращен в бегство. В голубое небо взметнулась белокаменная звонница. Ее венчает золоченая сфера с семиметровой скульптурой Покрова пресвятой Богородицы. Под сферой высечены слова из Священного писания: «Больше всея любве никто же имать, да кто душу свою положить за други своя». (Нет больше той любви, как положить жизнь, душу за друзей своих»). Далеко слышен звон колокола на Монументе Победы. Он бьет через каждые двадцать минут. Первый звон — о героях Куликовского поля, избавителях Руси от монголо-татар. Второй — о солдатах Бородино, верных сынах России. Третий — о павших, но победивших в Прохоровском сражении сыновьях Отечества.

В честь героев Курской битвы на камне высечена стихотворная строка:

«Это поле победы суровой

Для потомков по праву равно

Полю грозному Куликову,

Ратным подвигам Бородино».

Поделиться

Комментарии

Ваше имя:

  • Воплощаем ваши детские мечты. Обучение элементам хоккея
  • Челябинцы встретили Алексея Навального криками "националист"!
  • Еще одно ДТП с участием скорой
  • Главред «КР» вручила губернатору фото Уилла Смита
Материалы рубрики

Новости