В геронтологическом центре в Копейске живут не только старики

Когда Ваня Кудинов идет по длинному коридору геронтологического центра, он напоминает  раненую птицу, которая не умеет летать и вот-вот упадет. Но на самом деле этот двадцатилетний парнишка, почти мальчик,  давно приспособился жить с нарушенной координацией движений, потому что с рождения болен ДЦП.

У него голубые, очень добрые глаза, и все, кто знает Ваню, говорят, что от него исходят только тепло и доброжелательность. Таких, как Ваня, в областном геронтологическом центре, расположенном в Копейске, на юго-западном берегу озера Курочкино, немало. Парня часто навещают и берут на праздники родные, у него нормальная  благополучная семья, но проживает она в сельской местности, где нет условий  для более или менее достойной жизни таких, как он.  Здесь, в центре, он чувствует себя как дома. У него есть подружка, передвигающаяся в ходунках, но зато у нее не нарушена координация движения рук, и девочка помогает другу управляться с клавиатурой и мышкой компьютера или просто  со столовой ложкой.  

Все под Богом ходим

Сейчас стало модно употреблять термин «толерантность». Он не обозначает безразличие, но обозначает терпимость, уважение к  иному образу жизни и человеческой индивидуальности, способность относиться к ним без раздражения. Все это применимо и к людям с ограниченным здоровьем. Но, увы,  нередко те, кто никогда не соприкасался  по жизни с инвалидами, относятся к ним в лучшем случае сочувственно, кто-то — снисходительно, есть и такие, кто при виде  человека, прикованного к постели, брезгливо отвернется.

 Но давайте будем реалистами. Человек пошел, допустим, в магазин. И он ведь не думает о том, что может туда просто не дойти, а через какое-то время тоже оказаться в инвалидном кресле. Почему же у нас не хватает ума и мудрости, чтобы понять: все под Богом ходим.

— Вообще основной наш контингент — это люди после 70 лет,  —  рассказывает директор геронтологического центра Алена Зотова. — Но  сегодня инвалидность «молодеет»,  соответственно, у нас довольно много и сорокалетних с печальными последствиями  инсультов и инфарктов, инвалиды вследствие травм. А есть и совсем молодые, которые поступают из специализированных детских домов и не могут проживать самостоятельно.  По-разному люди сюда попадают, у каждого своя история, своя судьба. В отделении  милосердия, рассчитанном на 25 коек, совсем тяжелые, которые либо лежат в памперсах, либо передвигаются только в колясках. 

Не дохаживание, а уход

Алена Зотова возглавила геронтологический центр со дня его открытия  12 апреля 2010 года на базе бывшего санатория, принадлежавшего птицефабрике «Челябинской». Сотрудники отзываются о ней как о хорошем организаторе, именно благодаря ее правильному и рациональному руководству  четко и на должном уровне работает такая  непростая «машина», как стационарное учреждение для инвалидов и престарелых. 

Директор не скрывает, а напротив, подчеркивает,  что основная цель, стоящая перед коллективом в отношении престарелых проживающих, — не реабилитация, а именно так называемое дохаживание (центр является учреждением социальной защиты, а не реабилитационным и тем более не лечебным). Но, думаю,  правильнее было бы применить слово не «дохаживание», а  «уход». Потому что амбулаторно-поликлиническое обслуживание, сблансированное питание и условия жизни  здесь, судя по отзывам проживающих, на самом высоком уровне. А потому и не спешат 80-ти и даже 90-летние бабушки прощаться с этим прекрасным земным миром. Более молодые инвалиды социально адаптируются, а кто-то даже меняет коляску на трость. Главное — желание и настрой самого человека, считают специалисты. 

Вышиваем крестиком

В одной из комнат  жилого блока на втором этаже (а проживание  обитателей  центра, кроме тех, кто находится в отделении милосердия, выстроено по блочной системе — две комнаты с общей прихожей и санузлом)  два года назад обосновалась  Лидия Владимировна, в прошлом  балерина, блиставшая на сцене многих театров.  Я застала ее за работой — женщина (назвать ее старушкой язык не поворачивается), сидя в кресле, что-то вышивала.  Аккуратные коврики, телевизор, платяной шкаф, салфетки на столе и тумбочке. Одну стену комнаты украшают вышитые и рисованные маслом и акварелью картины. «Увлеклась вот, это же так интересно — создавать своими руками красоту», —  улыбается Лидия Владимировна.  А на мой вопрос, как ей здесь живется, охотно  ответила: «Все замечательно. О нас тут так   заботятся, как далеко не в каждой семье. Все девочки мне как родные».  Называть сотрудниц центра «девочками» она имеет полное право — скоро бывшей балерине исполнится 91 год.

— Это трагедия, когда родители переживают своих детей, — говорит медсестра центра Тамара Филимонова. — У Лидии Владимировны погибла единственная дочь, с зятем отношения не сложились, и она сама попросилась к нам. Это удивительная женщина — аккуратная, всегда доброжелательная, с ней интересно поговорить обо всем. Старается больше двигаться, хотя болят позвоночник, ноги. Она многим проживающим дает пример, что нельзя впадать в грех уныния, несмотря на удары судьбы. И таких людей у нас немало.

Действительно, жизнь в центре не такая уж однообразная. Бабушки вышивают, шьют, вяжут,  читают и  гуляют, а многие даже увлеклись таким доступным видом оздоровительной физкультуры, как финская ходьба (ходьба с лыжными палками).  Словом, не лежат на койках, а, что называется, вкушают доступные им радости.  Более молодые инвалиды выезжают с сопровождением в театры Челябинска. Да и в самом  центре часто бывают гости с концертами, проводится масса мероприятий, работают кружки, отмечаются праздники.

Конечно, я далека от мысли, что все в этом общем доме так уж безоблачно. Конечно же, нет. И ссоры случаются между проживающими, и недовольства, и даже наверняка нечто вроде заговоров.  Завязываются отношения, складываются или  распадаются пары.  Все, как в любой большой семье, живущей под одной крышей. 

И швец, и жнец

Согласимся, что нередко общаться с людьми, обремененными болезнями или увечьем, сложно. Потому что человек с инвалидностью, особенно не врожденной,  а приобретенной, — это, как правило, человек с раненой душой. У таких людей другое отношение к жизни, другой взгляд.  Честно говоря,  я не могу  осуждать родственников, решивших  поместить такого человека (с его согласия, конечно) в стационарное учреждение, и объясню почему. Часто бывает, что его просто нельзя, уходя на работу,  оставлять дома одного. А многим не хватает умения ухаживать за лежачим, отсюда — пролежни, ухудшение  состояния. 

В геронтологическом центре работают профессионалы. И,  что важно, случайных людей здесь нет, они просто не приживаются.   Потому что каждый медработник одновременно еще и  социальный работник, и психолог, и добрый друг. Фельдшер Вероника Решетняк не уйдет с работы, пока лично не проверит, все ли в порядке у каждого ее подопечного. Старшая медсестра  Татьяна Мельничук — настоящий мастер своего дела. Именно благодаря ей в центре не бывает перебоев с медикаментами и средствами ухода. Медсестра Наталья Мельникова, делая уколы,  безошибочно и безболезненно попадает в вену, даже если ее  практически нет, и вообще все процедуры проводит быстро, легко и красиво. Неудивительно: Наталья 10 лет отработала в реанимации одной из челябинских больниц. К слову сказать, каждая из шести медицинских сестер имеет большой опыт практической работы в стационарах и в службе скорой помощи. Но главное — они относятся к своим подопечным не формально,  отдают работе, не побоюсь громкого слова, частичку своей души.  И то же самое можно сказать не только о медицинских работниках, а обо  всех сотрудниках центра.   

 * * *

Вновь вспомнилось  где-то прочитанное изречение: «Я очень переживал и  расстраивался из-за того, что у меня нет приличной обуви. Пока не увидел человека, у которого нет ног». Так вот, если вас одолевают уныние и депрессия, сходите на экскурсию в геронтологический центр.  Уверена, это поможет вам по-другому взглянуть на жизнь.