29 января 2019 11:34

Плюсы и минусы реорганизации. Подробный разговор с главврачом копейской «скорой»

В продолжение темы с передачей транспортного обслуживания скорой помощи частной компании корреспондент «Копейского рабочего» побеседовала с главным врачом ССМП г. Копейска Александром Осиповым. 

Плюсы и минусы реорганизации. Подробный разговор с главврачом копейской «скорой»
Автор: Светлана Полежаева


Александр Николаевич уверен: не так страшен аутсорсинг, как его пытаются нарисовать противники перемен.

- Александр Николаевич, откуда взялась тема с переводом транспортного обслуживания скорой помощи в частные руки?

- Начиная с 2016 года эта тема досконально обсуждается на всероссийском уровне в среде специалистов скорой помощи — организаторов здравоохранения, ученых. Я как член профильной комиссии экспертного совета в сфере здравоохранения Минздрава России регулярно присутствую на конференциях, где подробно рассматриваются наболевшие вопросы и ставятся задачи на перспективу, в том числе просчитываются достоинства и риски реорганизации скорой.

Профессиональное сообщество пришло к такому решению: те территории России, которые не имеют финансовой возможности обновлять автопарк (а их среди субъектов РФ большинство), должны воспользоваться аутсорсингом. Те же территории, которые могут себе позволить менять служебный транспорт, продолжат заниматься этим самостоятельно.

- «Копейский рабочий» в позапрошлом году писал о трех новых машинах, пополнивших парк скорой помощи. Так что, наверное, нельзя сказать, что возможностей для обновления автопарка у нашего региона нет.

- Обновление происходило за счет федеральных целевых программ. Когда в 2006 году была начата реализация национального проекта «Здоровье», все медики страны пересели на новые машины. В тот момент скорая стояла на пороге кризиса – автомобили были настолько изношены, что буквально разваливались на ходу.

Нацпроект проблему снял. Но спустя пять-семь лет она возникла вновь. На выручку пришла программа по модернизации здравоохранения и федеральные программы повышения безопасности дорожного движения, позволившие в 2017 году получить те самые три автомобиля, о которых писал «Копейский рабочий», для борьбы с дорожно-транспортным травматизмом.

Сейчас никаких целевых программ, касающихся обеспечения станций скорой помощи транспортом, нет. О новых федеральных и даже региональных проектах пока речь не идет. На местный бюджет рассчитывать не приходится – очевидно, что его возможностей не хватит для замены наших изношенных машин.

- Получается, что перевод транспортного обслуживания на аутсорсинг – это вынужденная мера?

- Конечно. По закону положено, чтобы автомобили скорой помощи были не старше пяти лет, потому что они и в дождь, и в грязь, и в мороз, круглосуточно, без перерывов ездят по вызовам. У нас таких машин – семь из тринадцати. Но большинство из них уже выработало свой ресурс. Посмотрите, в этой табличке – весь присутствующий у нас транспорт. Часть зачеркнута – это машины 2006 и 2007 года выпуска, подлежащие списанию, потому что их крайне дорого поддерживать в исправном состоянии.

Через два года при таком жестком режиме эксплуатации наши относительно молодые машины выйдут из строя. И куда нам бежать, к кому обращаться за финансовой поддержкой?

Есть у нас и еще одна проблема – это ремонт автомобилей, который упирается в пресловутый 44-й федеральный закон.

Вот машины начали сыпаться. Их надо ремонтировать. Специалист, ответственный за транспорт, собирает заявки, формирует перечень запчастей и вывешивает его на торги. На исходе второго месяца после этой обязательной процедуры мы наконец-то получаем запчасти. А у нас уже новые поломки пошли, хотя еще предыдущий ремонт не произведен.

- Какая судьба ждет автомобили, которые оказались поставленными к забору?

- У этого транспорта есть собственник – региональное Министерство имущества и природных ресурсов. Вполне возможно, что по распоряжению этого ведомства с опорой на рекомендации Минздрава области машины будут направлены в муниципалитеты, где транспортный вопрос для станций скорой помощи стоит наиболее остро. Но нам, признаюсь, очень хочется, чтобы наши автомобили остались в Копейске.

- Почему?

- Интерес сугубо профессиональный. Скорой в Копейске в течение многих лет приходилось выполнять не свойственные для нее задачи – перевозить консультантов, лаборантов, кислородные баллоны из одного медицинского учреждения в другое. В настоящее время на станцию скорой помощи нередко поступают запросы от руководства ГБ № 1 на внутрибольничные перевозки – например, нужно доставить пациента из стационара в поселке Советов в отделение на улице Борьбы. Или же, к примеру, отвезти больного на обследование в областную больницу.

Такая деятельность для скорой является непрофильной, то есть это напрасная трата ресурсов. Экстренные больные не могут ждать, пока мы свозим пациента в Челябинск и обратно, да еще и зависнем там на три часа в ожидании результатов обследования. Подобные перевозки должна осуществлять сама больница, у которой на сегодняшний день не имеется подходящего транспорта.

- Как вы думаете, почему на аукцион по выбору аутсорсинговой компании заявилась только одна фирма, «Феникс-менеджмент»? Нет ли здесь лоббирования интересов?

- Лоббирования однозначно нет. С юридической точки зрения аукцион проведен со стопроцентной прозрачностью и с соблюдением принципов конкурентного равенства. Почему у «Феникс-менеджмента» не оказалось соперников, мне сказать трудно – быть может, потому что на сегодняшний день эта компания занимает одну из ведущих позиций на рынке. У нее действуют подразделения в Перми, Самаре, Уфе и других населенных пунктах. Я лично знаю руководителей станций скорой помощи в этих городах – и все они дали о «Феникс-менеджмент» хорошие отзывы.

Кстати говоря, еще до старта аукциона к нам на станцию приезжали представители транспортной компании из Магнитогорска. Все осмотрели, задали множество вопросов, сказали, что примут участие в торгах, но в итоге передумали. Еще раньше, пару лет назад, свои услуги предлагала фирма из Москвы. Но мы сравнили стоимость обслуживания столичной компанией и наши затраты на содержание транспорта, и поняли, что для нас предложение о сотрудничестве не выгодно.

- Правда ли, что руководство «Феникс-менеджмент» фактически сорвало выполнение заключенного с ССМП контракта?

- Исполнение контракта действительно было начато ненадлежащим образом. Компания недопоставила машины в оговоренный контрактом срок, объяснив произошедшее тем, что в срыве поставок виноват завод-производитель.

На сегодняшний день от компании «Феникс-менеджмент» мы получили двенадцать автомобилей «Мерседес-Бенц». По договору же должны получить двенадцать машин плюс еще одну в качестве сменного фонда.

- Насколько нам известно, эти «Мерседесы» не новые, а бывшие в употреблении. Не получилось ли так, что вы поменяли шило на мыло?

- Да, шесть машин 2017 года выпуска, хотя в реальности сорок тысяч километров пробега для «Мерседеса» — это ерунда. Нужно отметить, что автомобили предоставлены во временное пользование – не позже 1 марта аутсорсинговая компания должна будет заменить их новыми и поставить недостающую машину. За срыв поставки «Феникс-менеджмент» уже получил штраф в размере одного процента от стоимости контракта (стоимость двухгодичного контракта составляет порядка 69 миллионов рублей. – Прим. авт.). Если до начала весны машины не будут заменены на новые, то последует еще один штраф. 



- Правда ли, что вам поставили неукомплектованные автомобили, без медицинского оборудования?

- Правда. Но мы другого и не ждали. В контракте в целях экономии обозначено наличие носилок, сейфа и держателей для капельниц. Если бы мы еще и оборудование прописывали, это бы вызвало существенное удорожание контракта, в два-три раза.

- Могут ли сотрудники станции скорой помощи самостоятельно оснащать служебный автомобиль, не прибегая к услугам сертифицированной компании?

- Да, могут. Законность этого подтвердила прокуратура, которая пару дней назад проводила здесь проверку. Сотрудники надзорного ведомства осматривали каждый автомобиль и по списку проверяли оборудование, наличие которого регламентировано ГОСТом. Нареканий у проверяющих не возникло.



- Это оборудование не устаревшее? Не выработало ли оно свой ресурс, как автомобили, упомянутые в самом начале нашего диалога?

- Оно абсолютно исправно, что подтверждают регулярные поверки, производимые лицензированной организацией.

- Почему нельзя было отдать на аутсорсинг техническое обслуживание и поставку машин, а водителей оставить в штате скорой помощи?

- По договору мы должны приобрести готовую машину, полностью исправную, с работающей печкой, всегда заправленную, и с водителем. Такой расклад придуман не вчера и не в Копейске. Посмотрите, к примеру, на Челябинск. По этой схеме уже не один десяток лет действует автохозяйство, сдающее транспорт в аренду медицинским учреждениям – и никакого коллапса с обслуживанием вызовов не происходит.

По сути, для водителей ничего не изменилось – только в трудовую книжку поставлен другой штамп. Они также находятся под нашей крышей, держат машины в тех же боксах, что и раньше.

Другое дело, что у частного работодателя строже обстоят дела с трудовой дисциплиной.

- Не могу не спросить о ночи 18 января, когда на дежурство вышло только шесть машин, которые на тот момент были поставлены вам аутсорсинговой компанией. Вам не страшно было работать с половиной от долженствующего количества автомобилей?

- Мы до последнего ждали, что машины, оговоренные договором, все же придут. Вывести свои машины мы были не вправе, потому что водители с ноля часов 18 января трудоустроены в компанию «Феникс-менеджмент».

Паники у нас не было. По опыту мы знаем, что ночью нагрузка по вызовам падает. К тому же нас подстраховывал Челябинск. И, кстати говоря, обошлось без опозданий – в диспетчерском журнале, где фиксируется время принятия вызова, выезда и прибытия на вызов, срывов нет.

- Вот прямо ни одного?

- Ни одного. При этом нужно иметь в виду, что вызовы подразделяются по срочности. Если человек упал с пятого этажа – это одна срочность. А если у него температура высокая – это другая срочность. В законе прописано, что вызовы в неотложной форме выполняются только после обслуживания вызовов в экстренной форме. Для неотложки не действует двадцатиминутный регламент от вызова до прибытия. Мы можем круглые сутки, если у диспетчера будут такие звонки, как «Обварился ребенок», «Человек утонул в ванне», «Попытка суицида», «Сердечный приступ», «Зарубили топором», крутиться по экстренным вызовам, а на высокую температуру поедем в последнюю очередь.

- По истечении двух лет, на которые заключен контракт, вы должны провести новый аукцион?

- Если все пойдет нормально, то да. И тогда наш опыт, за которым пристально наблюдает областное Министерство здравоохранения, будет транслироваться на всю область.

Поймите: в делегировании обеспечивающих функций частному бизнесу нет ничего страшного, поскольку основная функция – спасение человеческих жизней – остается за нами. Не надо думать, что скорая к вам не приедет. Приедет, ведь частники замкнуты  на нас.

Читайте еще новости

Темы новостей
Подпишись, чтобы не пропустить самое актуальное
Оставить комментарий
Новости СМИ2